суббота, 1 мая 2010 г.

Золотая медаль

— А сейчас для награждения мы приглашаем победителей в весовых категориях... бххрр кргм...
Адам вытягивает шею, напрягает слух, стремясь расслышать за шорохом помех голос судьи-информатора. До сих пор отчетливый и внятный, он вдруг странно ломается и пропадает.

Впрочем, Адам и так знает, что ему, как занявшему первое место в категории до 42 кг на первенстве ЮФО среди юношей, пора выходить, чтобы принять из рук организаторов заветную золотую медаль.

Адаму недавно исполнилось 16 лет, и он находится еще в том возрасте, когда существуют сомнения — а вдруг медаль и впрямь окажется золотой не только по цвету.

Вот и дрожит он в нетерпении на скамейке спорткомплекса в окружении своих товарищей по сборной боксеров из Чечни.

И вдруг видит, как встает его коллега по команде Саид, занявший в его же весовой категории второе место. Он неплохо дрался, но поражение от Адама не дало ему шансов подняться на первое место.

Но тогда почему он вдруг выходит, когда объявляют выход победителей? Адам ничего не понимает.

Тут вновь прорезается голос информатора и теперь вполне отчетливо слышно, как он произносит: «Саид Бугаев, Чеченская Республика». И Саид действительно подходит к судейскому столику, где и происходит награждение.

— Как же так?! — мысли Адама в смятении, он ничего не может понять и бросается к стоящему чуть поодаль тренеру.

— Алавди! Алавди! Ведь это же я занял первое место. Меня и ребята уже все поздравили!

Голос Адама дрожит от волнения и непонимания. Сейчас Саиду отдадут его медаль! И все будет кончено. Нужно спешить, иначе ситуацию не исправить!

Тренер непривычно мягок в общении.

— Адам, это была ошибка. Судьи все пересчитали и выяснилось, что Саид победил. Ты второй. Иди, сейчас тебя позовут.

И точно. «Для награждения приглашаются спортсмены, занявшие вторые места в своих весовых категория». Информатор начинает зачитывать список из серебряных призеров, среди которых называется фамилия Адама.

Мальчик ничего не понимает. Он еще цепляется за тренера. Это какая-то ошибка. Он вчистую переиграл Саида, перевес по очкам был подавляющим. Да и объявления о судейской ошибке не было. Нужно все просто объяснить тренеру, и он разберется.

Но тренер качает головой. Краем глаза Адам видит Саида, который в окружении команды шутливо пробует на зуб золотую медаль. Его золотую медаль!

А пошли вы все... Адам отбрасывает руку тренера, резко поворачивается, и не обращая внимания на его крик «подожди», идет к выходу из спорткомплекса. Мелькают какие-то лица, чья-то фигура заступает дорогу. Кажется, это кто-то из соперников, он говорит, что Адама зовут для награждения.

Но мальчик ничего не слышит. Он доходит до входной двери, открывает ее пинком ноги и выходит на улицу. Сейчас у него одна дорога — домой.

Адам поднимается в гостиничный номер, где остановились юноши из Чечни, на «автопилоте» закидывает вещи в сумку, выходит на автобусную остановку. Его мобильный звонит, не переставая — друзья-боксеры не понимают, куда он подевался. Но Адам даже не достает телефон из кармана. Он доезжает на маршрутном такси до автовокзала, успев на последний на сегодня рейс до Грозного.

И уже сидя в едущем автобусе, он позволяет себе расслабиться. Он уже не мальчик, почти мужчина. Но слезы невольно наворачиваются на глаза.

* * *

На бокс его отвел отец. Заурбек как-то обратил внимание, что в конфликтных ситуациях со сверстниками его сын предпочитает отмолчаться или даже убежать.

«Ну что ты хочешь, он же у нас домашний», — заметила на это жена.

— Значит пора ему перестать быть таким, — ответил мужчина и отвел ребенка в секцию бокса, рассудив, что там 12-летний Адам научится драться и, что еще более важно, отвечать ударом на удар.

«Ему нужно воспитать характер», — сказал он тренеру, передавая ему Адама.

Тренер скептически посмотрел на жмущегося у стенки худенького мальчика, с откровенным испугом глядящего на ширококостных ровесников, с остервенением бьющих кулаками по грушам с песком, и кивнул:

— Сделаем что можем...

Первое время на тренировках Адам откровенно «сачковал». Он действительно побаивался кулаков и бицепсов своих закаленных в уличных потасовках сельских сверстников, коими была переполнена боксерская секция. Максимум на что его хватало — это где-то в углу бить по боксерской груше, проводя таким образом тренировочное время.

Но это случалось, когда Адам все же появлялся в секции. А так он всеми правдами и неправдами старался избежать боксерских тренировок — то у него болел живот, то нужно было делать крайне важные домашние задания.

Мать прикрывала сына, порой откровенно поддерживая перед отцом его вранье. На вопросы отца Адам обычно отвечал, что регулярно ходит на тренировки, в то время как сам проводил время за книгами, или, что бывало чаще, за компьютером.

Но в один день Заурбеку в городе повстречался тренер, который спросил его — почему Адам пропускает занятия. И после этого отец ударил мальчика — чуть ли не впервые в жизни. Нет, не за пропуски тренировок, но за вранье. У мальчика был близок переходный возраст, нельзя было допускать, чтобы он впитал в себя это «уменье».

После отцовской порки Адам не рисковал пропускать занятия. И как-то незаметно для себя втянулся, окреп физически, стал побеждать своих более мускулистых соперников. В отличие от них он привык работать головой, что здорово помогало ему на ринге.

Через два года он победил на первенстве города среди мальчиков. И в тот день понял, бокс для него — это все.

Родители поняли это чуть раньше. Впрочем, это было и несложно — по телевизору Адам теперь смотрел только трансляции боксерских поединков, все его телефонные переговоры заключались в обсуждении боев и профессиональных боксеров. Даже на компьютере он перестал играть в квесты и стратегии, которые так любил раньше, и теперь предпочитал спортивные симуляторы и «стрелялки».

Кроме того, он ощутимо хуже стал учиться. Тройки в его дневнике перестали быть редкостью, превратившись в обычные отметки. И это пугало родителей больше всего. Не за горами было поступление в институт, образовательная база для которого закладывалась именно сейчас. А вместо того, чтобы набираться знаний, мальчик все время проводил в спортзале.

Но теперь уже заставить Адама перестать заниматься боксом не мог даже отец. Не помогали ни разговоры по душам, ни угрозы.

«Еще полгода... еще пару месяцев... до турнира... еще месяц...» — только и слышали от него родители.

Так прошел год. Но ситуация не менялась. И вот случилось первенство ЮФО, с которого Адам вернулся сам не свой.

По дороге из Нальчика в Грозный он «перегорел». И дома без утайки все рассказал матери, что вряд ли смог бы сделать в тот момент, когда выходил из спорткомплекса в Нальчике. Та пересказала все вечером вернувшемуся с работы отцу.

Отец не стал спешить с выводами, решив на следующий день прямо с утра пойти поговорить с тренером сына.

Но не успел. Уже в восемь утра в ворота их дома постучали. У калитки стоял Алавди.

— Пойми, мы не могли иначе, — попытался объяснить он все отцу Адама. — Саид — сын главы администрации одного из районов города. Если бы он не взял в Нальчике первое место, наша секция просто не получила бы финансирования на следующий год.

— Ваша секция? Или лично ты? — усмехнулся Заурбек, оглядывая припарковавшийся возле дома «Фольксваген» тренера.

— Да мы-то здесь при чем? — отмахнулся Алавди. — Я же не за себя стараюсь. Для того же Адама. Чтобы у него была возможность тренироваться. Вот, кстати, я медаль Адама привез, — добавил он и полез во внутренний карман.

— Заслуженное серебро? — скривил губы в усмешке отец Адама.

— Почему серебро? Золото. Я же говорю, его медаль, — вытянутый из кармана за ленточку кругляшок действительно засверкал на солнце.

— Не понял, — еще больше нахмурился Заурбек. — А что тогда досталось Саиду?

— Его мы публично признали победителем. Он и в списках проходит первым. Но Адам ведь так хотел получить именно золотую медаль, — пустился в объяснения Алавди.

Заурбек не успел ничего ответить. Из двери дома выскочил сам мальчик.

— Не нужна мне твоя медаль! Отдай ее Саиду и его отцу!

Алавди начал что-то объяснять, но Адам его не слушал.

— Я таких медалей по сто рублей за штуку где хочешь куплю! Нужна она мне...

Заурбек прервал сына.

— Подслушивать нехорошо. Ступай в дом!

И уже повернувшись к Алавди, заметил:

— Он прав, важна ведь не сама эта ерундовина, а признание и почет. Их же моему сыну не досталось. Так зачем нам эта блестящая штука?

Алавди как-то странно дернул головой.

— Заурбек, это ведь жизнь. Ты что не понимаешь? Будут и у Адама первые места, обещаю... Я ведь с тобой абсолютно честно сейчас говорю. Не с каждым так общаюсь. Сам был спортсменом, понимаю, каково сейчас Адаму, — голос Алавди звучал действительно крайне серьезно.

Заурбек махнул рукой:

— Я хотел, чтобы Адам повзрослел на боксе. Но оказалось, что у вас там все слишком по-взрослому. Ложь и лицемерие — это вовсе не то, чему бы я хотел научить своего сына.

И уже не слушая пытавшегося что-то объяснить Алавди, и не стараясь остаться вежливым, он повернулся к тренеру спиной и зашел в дом.

Адам сидел на своей кровати, опустив голову. Его обычно собранная и стоявшая прямо у двери спортивная сумка сейчас пустая валялась в углу, а вещи из нее были разложены в открытом шкафу. Плакаты с Роем Джонсом и Артуро Гати, ранее висевшие над кроватью, порванные, виднелись из мусорной корзины под письменным столом мальчика.

— И что мы теперь будем делать? — спросил отец, садясь рядом с сыном. Он несколько лет не позволял себе это делать, приучая Адама к мысли, что тот уже взрослый, но сейчас сделал исключение.

— Я больше не пойду на бокс, — глухо и с некоторой натугой произнес мальчик. — Ты был прав, мне нужно учиться.

— Хорошо, — просто ответил отец Адама. — Ты уже не мальчик. И сам должен принимать решения.

Адам поднял голову и посмотрел на отца.

— Если я перестану заниматься боксом, это будет означать, что я сдался, проиграл? Или, наоборот, победил, переборол сам себя?

Отец внимательно посмотрел на сына.

— Откуда ты взял, что победа над собой так важна для человека?

Адам дернул плечом:

— Не помню. Кажется читал в автобиографии Майка Тайсона...

Заурбек пристально посмотрел в его глаза и сказал:

— Ну что ж, порой и у Майка Тайсона можно прочитать умную мысль. Я не знаю, победа это будет или поражение. Жизнь покажет. Только помни, что для человека главное не победы и поражения над другими, и даже не победы и поражения в борьбе с самим собой. Главное, чтобы ты умел честно побеждать и достойно проигрывать...
Источник

0 коммент.:

Отправить комментарий

Уважаемые Посетители! Просим вас быть корректными и не использовать нецензурные выражения и не нормативную лексику. Тексты ваших сообщений не должны содержать призывов к расовой, национальной нетерпимости, прямых и косвенных оскорблений, ругательств.